Щоденник

Уже 6 лет как высшие силы подарили мне этого неимоверного мальчика, который говорит "я тоже очень тебя люблю, а ещё смеяться люблю", и смех у него громкий такой, заливистый, как у меня. Обнимает своими ручками с такой нежностью, что прям мурашки по коже, и эти несколько секунд я стараюсь надышаться им, запомнить его вот таким светлым, маленьким, с выпавшим передним зубом, стеснительным и чуточку неуклюжим. Он позволяет себя поцеловать, терпеливо выжидает и, когда я отворачиваюсь, по-детски неловко вытирает щеку рукавом. Просит помочь собрать киндер-сюрприз и повторяет "смотрите как я умею". Я называю его своим сыночком и люблю так сильно, будто это действительно мой ребёнок. И он действительно мой, самый желанный, самый первый. Мой крестник. Пусть Ангелы всегда оберегают тебя.

Вселенная, за что столько любви лично мне? Отчего ты так добра в эти дни? Какую карму я искупила по полной цене и даже больше? Ты даришь мне настроение с самого утра в стакане любимого кофе, обнимаешь холодными ветрами и ведёшь снова к тому, что мне нужно увидеть. Напоминаешь мне сон, в котором я шла по неизвестной мне ранее дороге, которая вывела меня к заброшенному парку, густо засаженному деревьями и маленькой тропинкой. И мне хотелось бы пройти туда, но я не делаю этого. Чувствую страх и опасность. Возвращаюсь. А потом неожиданно обнимаю мальчика и шепчу ему на ухо, что люблю его и чтоб он это помнил всегда. А он улыбается так искренне и спрашивает почему никогда ему об этом не говорила. И объятия эти такие же исцеляющие, сумасшедшие и я проваливаюсь в них переполненная безумным счастьем и легкостью. Садишь меня за стол и включаешь до одури потрясающий черно-белый фильм "Небо над Берлином". И мне надо идти, и досмотреть можно позже, но я хочу сейчас. И перекрутить быст...

Когда отдаёшься на попечение судьбы, когда позволяешь ей самостоятельно вести себя сквозь лабиринты улиц, иногда даже сквозь самые неожиданные лабиринты, вот тогда происходит то, что называется неслучайной случайностью.  Сегодня я столкнулась с одной из твоих бывших любимых женщин. Той самой, которой ты отдал десять лет своей жизни. И от которой ушёл, потому что вырос из неё. Я видела как она приходила к тебе, как просила вернуться, как встречала на улице, как находила любой повод лишний раз поговорить с тобой. А ты постоянно избегал этого, одновременно поддаваясь её просьбам. Так вот, сегодня она прошла мимо по той самой улице, по которой я хожу раз в пятилетку. И узнала меня даже. А я её немного с опозданием. У неё дыра внутри на мою похожа. С такими же острыми углами, больно режущими при неправильных движениях. У тех, кого ты оставил такие же дыры. Иногда на скорую руку заколоченные чем попало. Чтоб не продувало. Иногда заполненные другим человеком, который постоянно натыкае...

Этому тексту уже больше десяти лет. И каждый год, именно в этот день я прихожу на то самое место, откуда прекрасно вижу ту самую девочку, бегущую в объятия самого родного человека на земле. И до сих пор я прекрасно помню лица тех, кто в тот момент был там. И каждое сказанное слово, и улыбку, и поворот головы. Как на замедленной плёнке. И расстояние, которое сейчас я прохожу в десять шагов, в тот момент казалось мне бесконечным. И я так боялась, что если не успею добежать, то папа, который после длительной поездки наконец-то вернулся, исчезнет как мираж в пустыне. И слёзы тогда были сознательными, от бесконечной радости, наверное, впервые в моей маленькой жизни. Сегодня твой день, папа. Всегда помню и люблю. "Я слышу громкий крик девочки "Папа, папочка!!!", поворачиваясь я вижу пробегающую маленькую девочку, за которой быстро идет мама и кричит вдогонку "Не беги, упадешь". Но та не слушает, и через несколько секунд оказывается в объятьях своего папы. И ей у...

День наполненный эмоциями. День переполненный удивлением граничащим с безумностью. Встреча самая неожиданная, самая желанная и выворачивающая наизнанку внутренности не только мои, но и собеседника, который прячет свои глаза за тёмными очками, в которых жуткая ненависть. Отвращение превращает губи в тоненькую ниточку. Полуоборотом, с пренебрежением и сухостью сквозь улыбку. Потому что так почему-то надо, так мама научила с уважением относиться ко всем. Но когда не совсем получается можно, стиснув зубы, говорить человеку что-то совсем неважное. Что-то, что он потом даже и вспомнит. А если и вспомнит, то будет удовлетворён с головой.  Ноги сами вели туда, где должна была получить ответ на какой-то поставленный недавно вопрос. Один из... Но совершенно не важный, совершенно безразличный. Судьба шла со мной и сжимала руку. И сейчас стоит за плечом. Смотрит, что пишу ему. И чувствует ту боль, которую испытываю внутри. Хотя, я была уверенна, что больше никогда в жизни ничего не почувст...

Ну, что скажешь, Ъ.? Под тебя уже не подходят никакие уменьшительно-ласкательные, никакие потусторонние, никакие божественные. Ты просто Ъ. с такой огромной точкой после заглавной буквы. И в шутку по отчеству называть тебя уже не получается. У кого-то другого да, у меня ни разу. Даже язык не поворачивается. Потому что ты совершенно не похож на того, к кому в три часа ночи, за кем босиком по снегу, за кого душу. Больше не тот, в чьи объятия, носом в ключицу и задыхаться от родного до безумия запаха. Вот последний только и остался. На воротнике пуховика. Сколько не стирала, сколько новых духов литрами не выливала на него, ты намертво впитался в ткань и не поддаёшься никаким современным эксклюзивам в порошковой индустрии. Ты даже уже больше не имя, которое в паспорте. И глаза твои колюче-холодные. Покрытые толстым слоем льда. И я под этим льдом. Не успевшая вынырнуть. Не сумевшая вовремя выбраться из тебя. Вечная заложница в отражении осколка, застрявшего в сердце Кая. И никакие вселенс...

И мне не остаётся ничего иного, как снова открывать мессенджер и писать бесконечные и совершенно бессмысленные письма тому, кому вообще всё равно на меня и на мою жизнь. Но я хватаюсь за каждое его сообщение, глотаю каждое понравившееся слово и слагаю из них то, что в очередной раз, спустя несколько дней, назову дурацкой иллюзией. Но это будет потом. А сейчас я жадна к крохам внимания с его стороны, к мыслям, которые до мельчайших деталей обдуманы и осознаны, к музыке, которая находится в недоступном ни для кого плейлисте. Он открывается для меня каждый день с новой, неожиданной возвышенной стороны. Будто он уже достиг того самого пика совершенства, но не признаётся в этом никому, только чтоб никто не чувствовал себя ущербным рядом с ним. И мне не признается сразу. Каждый день по чуть-чуть. Но я то знаю, как дела обстоят. И от того еще больше боюсь его потерять. Потому что только его приветствие с добрым утром может сделать это утро действительно добрым. А после его спокойной ночи он...