Щоденник

В последнее время я очень часто задаюсь вопросом за что ты был так наказан, раз в твоё попечение дали именно меня. За искупление каких прегрешений тебя приставили ко мне и сделали моим хранителем. За что ты так сильно любишь меня, если ежесекундно находишься рядом со мной оберегая от всех напастей мою голову, основную часть из которых я создаю для себя сама.  Мой дорогой Ангел Хранитель, тот который за правым плечом и чью руку я сейчас чувствую в своей руке. Я безгранично благодарна всем невидимым вселенским силам за то, что ты у меня есть вот такой. Я представляю твои объятия, когда не могу долго уснуть съедаемая глупыми мыслями и волнениями, я веду с тобой непрерывные диалоги, в которых ты отвечаешь мне через моё подсознание, рассказывая как лучше и правильно. Твой тихий голосок исходит из моего сердца и я страшно жалею, что не всегда могу услышать его сквозь вечный шум моего всеуверенного разума.  Я лишь могу представить себе какой объем работы ты проделываешь без вых...

Мы все зеркальные отражения друг друга, дорогой мой человек. То, что мы проектируем в мир, к нам же и возвращается в образе тех, кто находится с нами рядом, в пределах нескольких шагов. Я смотрю на тебя и вижу в отражении твоих глаз себя. Иногда маленькую, требующую защиты и сострадания. Иногда самоуверенную в своей правоте и не желающую слушать и слышать кого-то ещё, кто почти шепотом подсказывает как правильно поступить, чтоб не так сильно испытывать той жгучей боли в области груди. Иногда я пререкаюсь, иногда ругаюсь, иногда дичайше ревную без повода, иногда мне настолько всё равно на происходящее, что я не обращу внимание даже на зачатки апокалипсиса, который вот-вот уже снесёт всё, что ещё хоть как-то уцелело после наших с тобой эмоциональных боёв без правил, разрушающих всё внутри беспощадными ударами по самым болезненным точкам. Иногда я вижу в твоих глазах отражение собственного эгоизма, который настолько огромен, как и моё собственное, бесконечно ранимое эго. Иногда я наблюд...

Странно, но с недавних пор я боюсь наступления вечера. Как проказы боюсь. Поскольку понимаю, что переступив порог своей квартиры, без боя к тебе мне не выбраться. А если не идти, то значит навсегда потерять тебя. Идея, кстати, очень даже неплохая. Но вот я так не хочу. Хочу поговорить, посмотреть на тебя в один из предпоследних раз и попытаться произнести фразу "Я ухожу. Наверное, прости". И уйти. Не оборачиваясь. А потом медленно умирать несколько дней подряд уговаривая себя, что это только к лучшему и не было бы иначе, поступи я по-другому. Я боюсь вот даже сегодняшнего вечера, потому что не знаю, придёшь ли ты. Или я снова буду ждущей, несостоявшейся, не произошедшей. И снова будет много печали и ещё большая уверенность в том, что пора заканчивать этот невыносимый марафон по приручению американских горок. Я тоже не робот, и тоже устаю. Хотя не должна. Ты не обещал ничего. Ты уверен, что моя жизнь переполнена возможностями и я сутки напролёт веселюсь и танцую сальсу со св...

Я стою на распутье, посреди пустой дороги. Я понимаю, что очередной шаг мой может навсегда изменить не только мою жизнь, но и жизнь тех, кто меня окружает. Мне страшно становится от того, что мое появление в твоей жизни оказалось настолько роковым, настолько судьбоносным. Я не верила ни единому слову, что мне говорили те, кто был посвящен в эту самую историю моей несостоявшейся любви. Я не верила, что имею власть разрушить то, что и так уже разрушено, но ждало своего часа, чтоб окончательно рухнуть в бездну. Я не верила тому, что я, именно я, та самая серая, неприметная, страшненькая в отражении зеркал, мышка, смогу вторгнуться в чужую семью и увести оттуда мужчину. Как говорится, я вашего мужа, если захочу, то и не накрашенная, и в спортивных штанах уведу. Так и случилось. На встречи с тобой я не красилась ни разу. И не одевалась исключительно для тебя. Разве один раз. И тот ты просрал своими разговорами о том, что ты не знаешь как поступать дальше и будем ли мы и что будет с нами. ...

Январская вьюга, дороги изгиб, случайная близость, соседская ругань, шаги, пропущенный вызов. Два года любви сердцу вторя без слез и вина, у этой истории мог быть и другой финал. Достойный финал, красиво в добре и горе, в котором двое и в крысиные норы, и под шквальный огонь, в пучину соблазнов мирских, топчя пересуды, принимая удар, в котором двое, всему вопреки, отсюда и навсегда.  Кость от костей моих, плоть от плоти, в зове руки извив, уже несколько сотен лет мы говорим о любви. В дреме съемных квартир, на обочинах трасс и в вестибюлях вокзалов мы с тобой говорим о любви.  Только этого всякий раз удивительно мало.

Ты приходишь и под ногами разверзается земля, поглощая вокруг всё, что с неимоверными усилиями я восстанавливала после предыдущего твоего появления в моей жизни. Ты ступаешь уверенно и точно знаешь какие струны моей души задеть, чтоб я разразилась самой что ни есть чистейшей мелодией, получая от этого наше единственно общее удовлетворение. Более ничего, что могло бы объединить нас нету и быть не может. Не потому что я в очередной раз решила поставить точку, а после ещё две. Но потому что ты сам не поставишь точку там, где она логично должна быть поставлена, чтоб мы смогли произойти с тобой в этой реальности, пока у нас еще есть время.

Ужасно сложно привести в порядок свои чувства и себя в том числе. Нараспашку грудная клетка из которой вылетают все мои бабочки. Я разрываюсь на кусочки, рассыпаюсь мелким бисером под ногами и сил, чтоб собраться в кучу у меня просто нету. Я всё оставила ему, отдала единым разом этой ночью, когда его планы о "потрахаться" и да, наконец-то, в гостинице, а не на улице в кустах или на лавочке под подъездом, казалось бы, стали реальностью. Но сегодня я почти настроена на отказ и ранний сон в обнимку с подушкой. Вот только я не усну, поскольку понимаю, что буду каждые пять минут заглядывать в экран телефон в ожидании сообщений от него.  Это явная зависимость со всеми её признаками и характером. Желание пополниться дозой наступает уже спустя три часа. А дозу не дают, поскольку рядом та, которой не надо ни при каких обстоятельствах знать о наших планах и что мы снова общаемся. Радует тот факт, что меня хотя бы начали скрывать. И что я больше не на самом видном месте. И причина т...